МИЛЛИ. Живи и жить давай другим. Вот мой девиз.

АНИ. И мой.

МИЛЛИ. Так было всегда. Спроси, кого хочешь.

УОЛТЕР. Не в этом дело. Тут мой дом, понимаешь? Я жил в этой комнате многие годы.

АНИ. То жил, то не жил.

УОЛТЕР. И теперь ты хочешь, чтобы я спал на диванчике! Да на нем разве что тетя Грэйси спала. Потому-то она и уехала в Америку.

МИЛЛИ. Пять лет на нем спала. С дядей Альсом. И они ни разу не пожаловались, между прочим.

УОЛТЕР. С дядей Альсом, скажешь тоже! Ты меня просто убила. Кстати, о той кровати, на которой она сейчас спит. Эта Салли.

АНИ. Что с ней стряслось?

УОЛТЕР. Ничего особенного. Просто она моя. Я ее купил, на свои деньги.

АНИ. Он прав, Милли.

МИЛЛИ. Разве? А мне казалось, я ее сама покупала.

АНИ. Совершенно верно. Я это хорошо помню.

УОЛТЕР. Ты ее купила в том смысле, что пошла и выбрала. А кто заплатил за нее, а?

АНИ. Он прав, Милли. Кровать куплена на его деньги.

УОЛТЕР. А где, черт возьми, все мои вещи? Куда девался мой чемодан? Ну, тот, который я здесь оставил?!

АНИ. Видишь ли, она была не против, чтобы твои вещи оставались в шкафу. Правда, Милли?

УОЛТЕР. Да разве только вещи? Там дело всей моей жизни! (Пауза) Придется ей убираться оттуда. Вот что я скажу.

МИЛЛИ. Никуда она не уйдет.

УОЛТЕР. Почему это?

АНИ. Не захочет.

МИЛЛИ. Думаю, она не захочет. (Пауза)

УОЛТЕР (устало). Почему она не может лечь на диванчике?

АНИ. Такую прелестную девушку, и на диванчик!? В столовую!?

УОЛТЕР. Так она еще и прелестная, оказывается?

МИЛЛИ. Видел бы ты, сколько разных баночек с кремами у нее на туалетном столике!

УОЛТЕР (мрачно). На моем туалетном столике.

МИЛЛИ. Мне нравятся девушки, которые следят за собой.

АНИ. Она занимается собой каждый вечер.

МИЛЛИ. Просто не вылезает из ванны. По утрам и вечерам. В те дни, когда она учится в вечерней школе, она принимает ванну перед уходом, а в остальные - перед сном.